Вилла иллюзий

7---facade-sud---c-thomas-dupaigne

Затерянный мир прекрасной эпохи

Конец XIX  -  начало ХХ принято называть Прекрасной эпохой. Таким видится потомкам этот краткий период мира и экономического процветания. Но современникам так казалось не всегда. Многие рафинированные и образованные представители высшего общества бежали от стремительно меняющейся действительности, чтобы создать свой собственный,  воображаемый мирок. Для баронессы Беатрис Эфрусси  де Ротшильд таким островком иллюзий стала вилла "Иль де Франс" на мысе Ферра.

3---facade-sud---c-pierre-behar-balloide-photo

Красота, ум, прекрасное воспитание – вот идеал женщины конца XIX века. Шарлотта Беатрис Ротшильд, родившаяся в 1864 году, обладала этими качествами в полной мере. На ее несчастье, к этому стандартному набору прилагалось еще громкое имя, необъятное состояние и… знаменитый фамильный темперамент. Для своего времени, когда вершиной женской карьеры считался статус хозяйки светского салона и, одновременно, его главного декоративного аксессуара, Беатрис слишком эмансипирована. Она увлекается спортом – и не только типичными для ее социального слоя теннисом, верховой ездой, фигурным катанием, но и посещает боксерские матчи, становится членом аэроклуба, сама водит автомобиль.

2

Снисходительные родители позволяют дочери самостоятельно выбрать мужа, и она пользуется возможностью избежать традиционного для Ротшильдов брака между кузенами. Ее избранником становится Морис Эфрусси – банкир из Одессы, на 15 лет ее старше.

К сожалению, у супругов мало общего, кроме страсти к рулетке и скачкам. Морис проводит время в казино, на бегах или в собственных конюшнях. Беатрис путешествует и коллекционирует. Она жаждет свершений, ее пылкая, увлекающаяся натура требует выхода в чем-то грандиозном... Увы, "Прекрасная эпоха" предусматривает для женщины лишь одну форму созидания – материнство. Но Беатрис не может иметь детей.

В 1904 году, после двадцати лет бесплодного во всех смыслах брака, когда долги барона Эфрусси начинают угрожать даже безразмерной казне Ротшильдов, супруги расстаются. Годом позже Беатрис хоронит отца, управляющего Банка Франции, и наследует поистине колоссальное состояние. И, хотя по понятиям эпохи, ее жизнь фактически прожита (баронессе уже исполнилось сорок лет), она решается на главную авантюру своей жизни – строительство идеальной виллы. Мадам Эфрусси приобретает участок в семь гектаров на вершине холма мыса Ферра, удачно расположенного между Ниццей и Монако: французская Ривьера входит в моду, а казино Монте-Карло – единственное место, где к игре допускаются женщины. На крутом скалистом холме растут только пинии, ни для строительства виллы, ни для разбивки сада он не пригоден. Это могло бы остановить кого угодно, но только не урожденную Ротшильд!

3

Вершину скалы взрывают динамитом, а для сада завозят плодородную землю. Однако возникает загвоздка с главным исполнителем проекта... Баронесса перебирает все громкие имена современной архитектуры. Но мэтры от строительства не привыкли ориентироваться на мнение заказчика, тем более женщины. Сменив шестерых или семерых именитых зодчих, Беатрис Эфрусси находит компромисс в лице местного архитектора Аарона Мессиа. Правда, тот не обладает большим талантом: его главное достоинство – покладистый характер, позволяющий уживаться как с более успешными коллегами, для которых он выполняет подряды, так и с богатыми, но капризными клиентами.

Для Беатрис, чей принцип общения с архитектором сводится к фразе: "Я не спрашиваю, что вы об этом думаете, я вам объясняю, чего Я хочу!", – Мессиа просто находка. Он соглашается на все: перерисовывает планы спален и ванных комнат в зависимости от формы декоративных панно, которые баронесса закупает на аукционах или у антикваров; проектирует натяжной потолок с нарисованным небом, поскольку мадам Эфрусси хочет чувствовать себя во внутреннем патио как в открытом итальянском дворике; возводит макеты фасадов в натуральную величину, чтобы переменчивая заказчица воочию выбрала все детали...

5---le-jardin-a-la-francaise---c-thomas-dupaigne

Каждый такой макет обходится как небольшой многоквартирный дом, а для виллы "Иль-де-Франс" их было построено целых восемь. Но какая разница – ведь за все платят Ротшильды! Строительство двигается медленно, отчасти потому, что Беатрис пытается соединить несоединимое: готический портик и ренессансную колоннаду, венецианские арки и испанские кованые решетки... Но в мире так много красивых вещей! Наткнувшись на новый источник вдохновения, она шлет Мессиа телеграммы, рисунки и фотоснимки, и верный архитектор в очередной раз меняет планы...

В целом вилла тяготеет к образцу венецианских или тосканских палаццо, но название ей баронесса дает французское – "Иль-де-Франс": так называется парижский регион, ее родина. Внутри царит та же эклектика. Баронесса строит виллу, чтобы приютить свои многочисленные коллекции предметов искусства. Как и все Ротшильды, она страстный коллекционер, а ее кругозор необычайно широк: от итальянского кватроченто до еще мало известных широкой публике импрессионистов. Полотна Тьеполо и рисунки Фрагонара, севрский фарфор и китайская лаковая миниатюра, ковры из Обюссона и готический алтарь... Но доминирующая нота – французское искусство XVIII века, особенно дорогое сердцу мадам Эфрусси.

Petit Salon Tй Culturespaces

EPHRUSSI Juillet 2005

Причин этой страсти несколько. Эпоху Просвещения не случайно именуют "веком женщин": представительницы прекрасного пола не только транслировали французский вкус и art de vivre , но и играли заметную роль на политической сцене, порой управляя миром из своих будуаров. И Беатрис де Ротшильд нравится воображать себя новой мадам Помпадур или даже Марией-Антуанеттой.

В Прекрасную эпоху подлинные предметы XVIII века еще наводняют антикварный рынок. Благодаря затеянной бароном Османом грандиозной перестройке Парижа многие частные особняки идут на слом, а их обстановка распродается. Баронессе, несомненно, льстит обладать предметами, принадлежавшими королевской семье: пол в ее гостиной покрывает ковер из Большой галереи Лувра, на диванах и креслах еще заметны инвентарные номера Версаля; письма она пишет за секретером, принадлежавшим Марии-Антуанетте...

Appartements de la baronne Tй C.Recoura

Appartements de la baronne Tй Culturespaces

В ее коллекции также есть ломберный столик и каминный экран из личных апартаментов последней французской королевы. Это служит определенной моральной компенсацией: ведь при всем богатстве Ротшильдов в узкий круг старинной аристократии они не вхожи из-за иудейского происхождения. Злые языки упрекают собрания мадам Эфрусси в отсутствии системы и определенного стиля. Но на самом деле объединяющее начало тут есть: это так называемый "стиль Ротшильдов" – все лучшее, что можно найти, от каждой эпохи.

Коллекционирование – фамильная страсть, присущая как минимум трем поколениям. После смерти отца Беатрис, Альфонса де Ротшильда , его собрание голландской живописи пополнило залы Лувра… Баронесса коллекционирует не только предметы искусства, но и экзотических животных, и редкие растения. Ботаника – еще одна страсть, перенятая ею у аристократов XVIII века. Вокруг виллы задумано разбить девять садов – флорентийский, провансальский, испанский, японский...

15---la-roseraie---c-culturespaces

Гвоздем программы должен стать, разумеется, французский сад, перед южным фасадом. Для его планировки используется уже опробованный метод – макет: сотни метров синей, серой и зеленой ткани имитируют воду, дорожки и газоны, а выкрашенные в зеленое конусы из картона и фанеры символизируют деревья и кусты; внутри каждого прячется по садовнику, и, стоя на террасе второго этажа, баронесса мановением трости "передвигает" партеры и боскеты… При этом она, должно быть, чувствует себя творцом этого маленького "затерянного мира" или как минимум капитаном: по форме французский сад подобен палубе трансатлантического лайнера. Справа по борту – залив Вильфранш, слева – бухта Болье-сюр-Мер, курс – в открытое море!

EPHRUSSI Juillet 2005

Авантюра строительства заняла шесть лет из жизни баронессы Эфрусси де Ротшильд. Но к 1912 году ее начинает одолевать типичная болезнь столь любимого ею XVIII века – скука. Вилла еще не закончена, сады разбиты вчерне, но основной эффект достигнут; "Иль-де-Франс" больше не может подарить никаких сюрпризов. Первая мировая война подводит черту под привычным жизненным укладом, укрыться от действительности за стеной иллюзий уже невозможно...

Баронесса вспоминает о своем детище за год до смерти, в 1933 году. Не имея прямых наследников, она завещала виллу "Иль-де-Франс" и все свои коллекции, насчитывающие 5000 предметов искусства, французскому государству. И этот поистине королевский жест наконец ввел ее в пантеон знаменитых созидателей и строителей, которыми так богата французская держава. Пусть и посмертно.

4---la-ville-vue-de-nuit---c-c.-recoura

 

Наталия Бялик