"Caz" и "Dzsessz"

Имена Авишаи Коэна, Ника Уэста, Джеки Террасона и Стефана Бельмондо хорошо знакомы всем ценителям джаза. Именно их выступления дали старт джазовому фестивалю в рамках проекта “Baku Summer Jazz Days”. 4 дня сцена пестрила импровизациями, восхищая публику - от самых заядлых слушателей джаза до тех, кто просто любит хорошую музыку.  Помимо громких имен в проекте, наше внимание привлек международный джаз – ансамбль Maiden Tower, который объединил трех венгров (Андраш Дэш – перкуссия, Мартон Феньвеши – гитара, Андреа Ди Бязе – басы) и азербайджанца Эльчина Ширинова (пианино). Именно с этим ансамблем мы и хотим познакомить наших читателей.Проект зародился по инициативе продюсерского агентства «Premier Art Management” при поддержке Министерства культуры Азербайджана. Мероприятие станет традиционным и будет проходить ежегодно в начале первого летнего месяца. 

Расскажите о вашем ансамбле. Как вы познакомились и сумели все связать воедино?

Андраш: У нас есть общий язык – джаз и импровизации, в которых можно теперь услышать и азербайджанские мотивы. Мы познакомились с Эльчином пару лет назад в Будапеште, в ансамбле польского певца Гриегория Карнаса. Сработались, как ни странно, с первого раза. Так сложился наш, я бы сказал, международный ансамбль.

Что есть джаз для вас и вашего ансамбля?

Мартон: Я думаю, не только для нас, но и для всех исполнителей джаза – это потрясающий способ выразить себя в импровизациях. Джаз способен знакомить музыкантов друг с другом без единого слова и создавать между исполнителями невидимое ощущение многолетнего знакомства. Вот, скажем, Андреа: я знаю его музыку, но мы никогда раньше не играли вместе, что меня мало волнует. Я предвкушаю на сцене хорошую «беседу».

Так вы выступаете вместе в первый раз?

Эльчин: Мы играли вместе с Андрашом и Марто, и я играл вместе с Андреа, но все вместе мы не выступали.

Мартон: Эльчин - связующее звено между нами.

Вы репетировали?

Андраш: Нет еще. У нас завтра саундчек, вот и порепетируем денек. К тому же мы все знаем материал, у нас была возможность прослушать записи, есть ноты, так что я уверен: все будет отлично!

Джаз - это музыка, которая любит свободу. Где проходит черта для вас: импровизируете ли или следуете определенным правилам?

Андреа: Идея заключается в том, что мы начинаем с основной мелодии и постепенно отдаляемся от нее как можно дальше, естественно, придерживаясь общей конструкции, формы композиции. Считайте это неким движением по кругу, но не монотонным, а с периодически развивающимся звучанием, импровизациями и возвратом к начальной точке, с которой все начиналось, на которой все и закончится. В этом весь джаз – ощущение свободы при наличии достаточно структурированной логической мысли.

Эльчин, насколько я знаю, у вас нет музыкального образования.

Эльчин: Официально нет. Но я брал частные уроки. 

В джазе вы можете позволить себе некую вольность, в других жанрах же все более строго и конкретно. Мешало ли бы вам отсутствие музыкального образования, если бы вы нашли себя в другом жанре?

Эльчин: Смотря какой жанр вы имеете в виду. Скажем, в той же самой поп-музыке тоже можно делать импровизации, хотя, скажу вам по секрету, исполняю я в этом жанре крайне редко, не люблю. Предпочитаю джаз.

Что означает азербайджанский джаз для вас? Помогает ли он вам сформировать собственный стиль?

Эльчин: Мне не нравятся суженные до одного определения названия - типа фолк-джаз или этно–джаз. Да, в нашей музыке есть элементы азербайджанской народной музыки, но и авторской тоже много. Например, мы исполняем мелодию азербайджанского композитора Адиля Бабирова. Так что мы играем просто джаз, и он у нас разный.

Могли бы в рассказать о вашем пути: как вы сформировались в качестве музыканта? Вы хорошо известны в Европе, много исполняете в различных странах. Как вы нашли себя в джазе?

Эльчин: Помню даже, что это было в начале весны. Я услышал исполнение Вагифа Садыхова, который позже стал моим первым учителем. С этого все и началось. Я счастлив, что сегодня имею возможность выступать на сцене с этими талантливыми музыкантами. У нас с ними на самом-то деле много общего. Мы все не стоим на месте, всегда в поисках чего-то нового и обожаем воплощать в музыке все свои идеи.

Как вам нравится азербайджанская музыка? Вы полностью доверяете, когда Эльчин начинает добавлять некоторые азербайджанские орнаменты?

Мартон: Я был очень заинтересован, когда впервые услышал в исполнении Эльчина азербайджанскую музыку. Сразу попросил ноты, но, скажу честно, они не отражали того, что объяснял или исполнял Эльчин. Я осознавал, что мне необходимо время, чтоб понять и прочувствовать эту новую для меня музыку. Я потратил около трех недель, ежедневно слушая записи. Ведь целью было не просто понять, но и суметь воспроизвести, оставаясь верным своему стилю исполнения на гитаре. Я люблю такого рода практику в творчестве. Она обогащает нас духовно и вносит разнообразие в репертуар. Надеюсь, слушатели в Баку останутся довольными.

Андреа: Во время первого выступления в Баку я был поражен, потому что люди стали напевать песни, в частности, “Сары гялин”. Я и не знал, что она так популярна в Азербайджане. Возникла своего рода эмоциональная связь. Когда я исполняю такую музыку в Европе, все прислушиваются, чувствуется скорее любопытство к чему-то новому, но тут, в Баку, я ощутил наличие традиций и трепетное отношение ко всему, что с этим связано. Это было прекрасно.

Марто: Я не знаю, насколько тесно связано с азербайджанскими традициями то, что исполняет Эльчин, но наличие эмоциональной связи со слушателями бесспорно. Для меня его техника игры стала настоящим открытием. Ритм его исполнения очень захватывает. Наше совместное выступление - как новая страница в моей профессиональной карьере.

Андраш: Очень здорово, что Эльчин так хорошо знает музыку своего народа, ее историю и способен через свое исполнение так проникновенно передать весь ее колорит. Всё это невозможно не принять. Мы просто слушаем и начинаем работать. Ведь все в нашем коллективе исполняют джаз и вносят в соответствии со своим стилем и манерой исполнения особую изюминку. Можно сказать, что у нас общий фундамент, на котором каждый строит свое здание. Помню, в Будапеште мы приехали в студию, которая находилась на окраине города, окруженная лесом, и застали Эльчина уснувшим за пианино. Он там находился уже третий день.

Почему?

Эльчин: Все в порядке. Студия оснащена спальными комнатами.

Андраш: Верно, но Эльчину, видимо, было комфортно возле инструмента.

Эльчин: Все потому, что я просыпался в 3 часа ночи и шел к пианино. Потрясающее ощущение: никого нет, абсолютная тишина.

Андраш: Каждое утро мы приезжали с Марто в студию, Эльчин сидит за пианино и говорит: «Эй друзья, у меня новая композиция. Она очень простая, вы выучите ее за минуту». Мы работали над ней по 3-4 часа. На следующее утро у Эльчина была заготовлена уже новая композиция. Времени до выступлений оставалось все меньше, а он все продолжал выдавать нам продукты своего неугомонного энтузиазма.

Эльчин: В последние дни они были злы на меня. Всё просили сочинить что-то простое.

Как вы решаете, что именно добавить из азербайджанской музыки? “Сары гялин” - традиционная композиция для продвижения в Европе, но как относительно других моментов?

Эльчин: Мои старшие братья - музыканты, и я с детства слышал в доме народную музыку. Вдохновившись композициями Авишаи, я стал вносить в свое исполнение азербайджанские мотивы, элементы народной музыки и понял, что появляется нечто новое.

Один раз вы сказали, что азербайджанские зрители не так уж хорошо осведомлены, упомянули, например, об использовании мобильных телефонов во время концерта. Изменилось ли что-то с тех пор?

Эльчин: Есть изменения, конечно, но вот мой друг пару дней назад был на концерте в Кирхе и сфотографировал людей, играющих в мобильные игры во время концерта. Я выставил эту фотографию в социальной сети, чтобы выразить свой протест против подобного. В 2008 году я выступал в Германии - это была моя первая поездка в Европу, и я был приятно удивлен тем, как внимательно слушают выступления зрители. Люди три раза вызывали нас на бис. Правда, в тот день не все гладко прошло, хоть и вспоминаем сейчас со смехом. Перед концертом у нас была репетиция. Андреа играет, и вдруг ударник посредине репетиции говорит ему: «Послушайте, вы горите», а тот решил, что его хвалят и ответил: «Спасибо» (смеются). Это потом Андреа понял, а точнее почувствовал, что у него аппаратура загорелась. В тот день мы играли без усилителя.

Эльчин, вы занимаетесь и обучаете йоге. Влияет ли это на вашу музыкальную деятельность?

Эльчин: На самом деле, йогой я занимаюсь не в помощь своему творчеству. Я не связываю их, ибо йога - за пределами личности, а музыка – внутри нее. Но она помогает мне контролировать себя и то, чем я занимаюсь, неважно, исполняю на пианино или просто веду беседу. Кстати говоря, помимо занятий в Баку, я буду обучать йоге на джаз-фестивале в Польше.

Вы можете думать о своих вопросах, пить кофе, слушая джаз, но что не разрешается, когда вы слушаете джаз?

Андраш: Я думаю, единственное, что важно, так это связь между музыкантом и слушателем, которая способна возникнуть, если второй слушает первого.

Андреа: Но при этом мы, конечно же, чувствуем перед зрителями ответственность и понимаем, что в наши обязанности входит не только выступить, но и заинтересовать и привлечь внимание слушателя. Как-то мы выступали в Москве. Музыка звучала скорее фоном, был прием, время обеда. В какой-то момент звук тарелок и громкие беседы утихли, и все внимание было приковано к нам. Мы чувствовали себя счастливыми.

Андраш: Мы всегда были против того, чтобы пытаться заставить аудиторию слушать нас. Устраивать шоу, просить спеть под нашу музыку – не наш стиль. Мы не шоумены, а музыканты, и максимально акцентируем свое внимание на качестве исполнения.

Что вы ожидаете от вашего концерта в Баку?

Мартон: Я впервые в Баку, поэтому взволнован.

Андраш: Меня интересует Центр Мугама, потому что я видел несколько фотографий здания и восхищен его архитектурой. К тому же я впервые буду выступать с Андреа. Одним словом, я на пороге новых красок в палитре своего творчества.

Эльчин: Для меня Мугам-центр – это как мой дом, я не раз выступал на его сцене. Руководство этого центра всегда давало мне возможность попрактиковаться у них. Это прекрасное место. Я уверен, ребятам понравится это место.

Андреа: Ощущаю любимое чувство адреналина.

Желаю вам успеха, прекрасного концерта и благодарной аудитории!

 

*"Dzsessz" - в переводе с венгерского языка означает джаз
ТЕКСТ: ФАРИД МАМЕДОВ ФОТО: ВЛАДИСЛАВ МАКАРОВ