NARGIS MAGAZINE
Интервью с редактором

Архитектурная магия

Ее имя с арабского переводится как «сияющая», а бывший учитель Рем Колхас назвал ее «планетой на своей орбите». Сияющая звезда современной архитектуры Заха Хадид создала собственный, узнаваемый на всех континентах, архитектурный язык, отрицающий привычные формы и расширяющий рамки пространства. Ее проекты кажутся творениями иных миров – отказ от прямых углов и общепринятых стандартов создает особую геометрию здания. Пространство упорядоченного хаоса и пластичной материи, которую человек всегда желал укротить и подчинить себе.

Кажется, что еще совсем недавно Вы присутствовали на церемонии закладки фундамента Центра, а уже сегодня он полностью функционирует. Какое у Вас впечатление от окончательного вида Вашего проекта?

Мы всегда полны определенных ожиданий, но они, увы, не всегда бывают оправданными. Хотя в данном случае результат мне кажется потрясающим. Я имею в виду дизайн проекта. Строительство этого здания стало беспримерным экспериментом, и, несмотря на всю сложность комплекса, он получился фантастическим.

А как возникла идея этого сложного проекта?

Лет 20 назад мы задались вопросом, как найти способ построения зданий специфического масштаба. В то время нас занимали вопросы топографии и ландшафта, геологические процессы. Поэтому проект Центра стал итогом двадцатилетних экспериментов и исследований в этих областях. И, конечно же, для создания пластичной архитектуры были привлечены вычислительные технологии. Замысел состоял в том, чтобы на фоне привычного экстерьера города выделить это здание плавной монолитностью его строения. Идея подразумевала три программы, каждая из которых вытекала из предыдущей. Скажем, комплекс мог использоваться как культурный центр, музей и библиотека. Три отдельных блока строения походят на горную цепь и соответствуют первоначальной задаче – обойтись без острых углов. Что в конечном счете проявилось в визуальной текучести объекта. Это как основание айсберга в воде, но и у айсберга бывают острые края. Мы же хотели добиться абсолютной плавности линий, заменить обрывки непрерывным пространством.

В созданном Вами Центре проводятся международные конференции, в некоторых из них Вы принимали участие. Каковы Ваши впечатления от увиденного здесь?

Все это очень интересно. Вернувшись сюда спустя несколько лет, я была поражена тем, как сильно изменился облик города, который стал более урбанистическим по духу. Это связано с тем, что за последние пять лет проделана большая работа, многое спроектировано и построено.

Чем Ваш проект отличается от существующих современных строений?

Мы преследовали цели, которые совершенно не предусматривали наличия блоков. Блоки нужны жилому помещению. Наше же строение представляет собой «антиблочную архитектуру». Так что оно носит более культурологический характер, в противоположность соседствующим зданиям.

Какую роль в исполнении проекта сыграли вычислительные технологии?

Замысел проекта возник до того, как стало возможно использование компьютерных программ. Цифровые расчеты, примененные к этой постройке, были весьма интересны, потому что без них мы вряд ли смогли бы добиться такого уровня плавности силуэта. Благодаря им была создана цельная конструкция без швов, а также обеспечены соответствующие ей материалы, их производство и изготовление. Я считаю, что расчеты, выполненные на компьютере, позволили создать внешний контур здания с высокой степенью точности. Сооружение подобного типа можно было построить и раньше, но не с такой точностью и согласованностью. Тогда это было просто невозможно.

Содержит ли Ваш проект некое особое послание?

Лично я верю, что посыл от любого проекта и архитектуры очень важен. По-моему, это замечательно, когда мы получаем опыт, застраивая пространство. И если рисунок – всего лишь изображение, то постройка здания – это реальный опыт. Этот проект был очень важен для последующих экспериментов...

Ваше отношение к сохранению исторических зданий?

Я считаю, что очень важно сохранить те из них, которые представляют собой действительную ценность и находятся в хорошем состоянии. Однако параллельно важно творить и нечто новое, поскольку оно символизирует нынешнее поколение и текущий момент.

Все меняется, в том числе и архитектура. Какой, по-Вашему, она станет через 25 лет?

Трудно сказать. К примеру, 30 лет назад люди не предвидели таких радикальных перемен. Переход от традиционных зданий к модерну в 1960-е годы был очень волнующим. Не все идеи были достижимы в прошлом, и когда я только начала работать архитектором, мне казалось, что многие модернистсские проекты нереализуемы в принципе. Но развитие архитектурного модернизма не останавливалось. И по мере продолжения исследований мы обнаружили, что некоторые из проблем, которые занимают нас сейчас, будут усовершенствованы и разработы в будущем.

Какие проекты Вы реализуете в Ираке?

Мы заняты там сооружением здания Центрального банка в Багдаде. Возможно, будем осуществлять и другие проекты. Это не обязательно какие-то грандиозные сооружения. Могут быть и простые идеи о том, как восстановить город для будущего...

Как Вы воспринимаете архитектуру Баку?

Мне она очень нравится. Особенно впечатлила подсветка зданий – такое не часто встретишь. И благодаря этому свету они смотрятся совсем иначе. В Баку очень хорошо сочетаются различные периоды архитектуры: досоветский и постсоветский, советский конструктивизм. Я питаю особый интерес к конструктивизму, мне это очень близко. И мне импонирует сочетание западных идей с восточными традициями.

 

Интервью: Ульвия Махмудова