NARGIS
NARGIS MAGAZINE
Лица

Музыка сквозь поколения

Более 30 лет Хавьер Нандаяпа играет на маримбе – национальном мексиканском инструменте, родственнике ксилофона. Он участвовал в различных международных фестивалях по всему миру – от Дании до ОАЭ и от Франции до Японии. За его плечами – двадцать с лишним лет преподавания искусства игры на маримбе молодым исполнителям в Мексике и восемь лет в должности художественного руководителя Международного фестиваля исполнителей маримбы штата Тобаско. Этим летом Хавьер Нандаяпа дал концерт в Баку в рамках юбилейного концертного тура по 17 странам Европы, Азии и Америки – и ответил на наши вопросы.

 

Как вы пришли к музыке?

Это было естественно, потому что я родился в семье музыкантов, и наша семья более ста лет – уже пятое поколение – хранит секреты изготовления и игры на маримбе.

И у Вас никогда не было желания играть на каком-то другом инструменте?

Честно говоря, я пробовал играть и на других инструментах, но маримба – это часть нашей семьи. Мы происходим из южного мексиканского штата Чиапас, где маримба – основной музыкальный инструмент. Я, как и мои братья, еще в утробе матери слушал, как она звучит. Музыка у меня в крови.

 

Вы на сцене уже 30 лет, каково это? У Вас хоть раз возникала мысль бросить сцену и заняться чем-то другим?

За 30 лет ни разу у меня не возникло сомнений. Хотя трудности были. Я, как говорят сейчас, «фрилансер», я свободный музыкант. И когда в Мексике были экономические колебания, затруднения, да, у меня бывали сложности. Но несмотря на это я никогда не сомневался в выборе своей профессии.

Вы также ведете курсы для молодых исполнителей маримбы. Что самое сложное и что самое интересное в преподавании?

Я не преподаю постоянно, у меня бывают временные контракты с различными организациями или учебными центрами. В основном, легче учить детей, нежели подростков – они увлечены современными технологиями и постоянно витают в облаках. А еще современная молодежь любит получать все быстрыми и легкими путями, и в век современных технологий получить ту или информацию не проблема. А я стараюсь донести до своих студентов, что для того, чтобы стать артистом, которого приглашают во многие страны и который путешествует по всему миру, нужно пройти долгий и тернистый путь.

Играя на сцене, думаете ли вы о своей аудитории, или в этот момент вы абстрагируетесь и наслаждаетесь процессом?

На сцене я получаю удовольствие от музыки, которую исполняю, но это не означает, что я полностью погружаюсь в нее. Артист должен чувствовать, что нравится его публике.

Вы участвуете в различных международных фестивалях и представляете Мексику на международном уровне. Вы чувствуете какую-то ответственность перед страной, для Вас это волнительно?

Конечно! Я представляю как целую страну, так и свою семью – это большая честь и гордость. Мой отец также играл на маримбе и был очень почитаемым человеком, в 1996 году мексиканское правительство наградило его национальной премией изящных искусств. Мы с братьями в то время в составе группы «Маримба мандаяка» гастролировали по миру и как раз были в Японии... и испытали большую гордость за отца. Я очень рад, что впервые привез это искусство в Баку и представил бакинским зрителям.

Зеферино Нандаяпа

Какую музыку Вы сами слушаете? Влияет ли это на Ваше исполнение?

Я считаю себя меломаном. Одно время я могу слушать джаз, в другой период – фольклор или оркестр, симфонический или камерный. Еще в далеких 90-х я восхищался манерой исполнения джазового музыканта Азизы Мустафазаде, и вот теперь я в Баку... А на днях я побывал в музее Мстислава Ростроповича. В молодости я набирался опыта, слушая его музыку. Вся музыка, которую я слушаю, влияет на мое исполнение: в моем репертуаре можно выделить некоторые композиции с фольклорными и джазовыми элементами... в Мексике меня даже часто приглашают на джазовые фестивали.

Есть ли у Вас любимые композиции?

Мне близок по духу аргентинский композитор Пабло Агира, я уже шесть лет исполняю его произведения. Его «Концерт во имя мира» я могу слушать бессчетное множество раз. Еще на протяжении всей своей музыкальной карьеры я сотрудничаю с Хосусом Мартинесом. В последние годы мы выпустили совместный диск «Ретроспектива», где собрали лучшие произведения из семи предыдущих дисков.

Вы слушаете свою музыку, например, в дороге в наушниках?

Нет, этим я, кстати, отличаюсь от своих коллег. Я слушаю свою музыку только на звукозаписывающей студии, потом откладываю записи и больше их не трогаю. За исключением записи «Концерта войны и мира» и избранных произведений из «Ретроспективы».

Вы исполняете вместе со своей женой, вас свела музыка?

Да. Мы познакомились на музыкальном фестивале в Мехико, и с тех пор мы неразлучны уже 15 лет.

Сложно жить, творить и работать вместе?

Есть свои сложности, особенно в повседневной жизни. Мы воспитываем сына, он школьник, и, поскольку мы в Баку, он пропустил уже пять недель занятий. Мы музыканты, у нас нет постоянной работы и определенного распорядка дня, поэтому наш сегодняшний день может очень сильно отличаться от завтрашнего. Если я выхожу по делам, я не могу точно знать, во сколько вернусь домой, так же и моя супруга. Мы имеем больше свободы, зависим только от себя, но в то же время некоторые негативные моменты отражаются на нашем ребенке.

Раз речь дошла о ребенке, вы бы хотели, чтобы он пошел по вашим стопам и играл на маримбе?

Конечно же, я бы хотел, чтобы наш сын продолжил семейную традицию, но я оставляю выбор за ним. И в этом случае я следую примеру своего отца. Все его сыновья стали маримбистами, но он никого не заставлял.

Вы в Баку впервые, как Вам город и бакинская публика?

Люди очень гостеприимные, очень теплые. Единственное, о чем я сожалею – это то, что не знаю азербайджанского языка. Вчера ночью мы прибыли из Тбилиси в Баку, в автобусе у нас спрашивали, откуда мы родом и задавали вопросы. Пассажиры были в основном азербайджанцами и, хотя мы не могли им отвечать, все равно пригласили нас поесть вместе. Было очень приятно, что несмотря на языковой барьер, мы смогли почувствовать это тепло и гостеприимство.

Интервью: Гюзель Камалетдинова

Фото: пресс-материалы